Никогда не смотри в бездну, или бездна начнет смотреть в тебя.
Мне снился очередной страшный сон, и так я обнаружила, что в реальности, тот дом в моей памяти уже носит отдельные, размытые черты. Нынче ночью, всей силой сна или воображения, он возник вновь.
Он почему-то горел. Почему во снах горят дома? И эта обезумевшая женщина, терзавшая меня много лет,
завопила своим оглушительным голосом вновь.
А я стою, смотрю без страха в алый отблеск чудовищ, отраженных в её глазах и думаю: "Заглохнешь или нет?" - сухая, холодная ирония перед лицом ужаса.
До этого был сон об отце, оставившем меня на остановке в -10, и угостившим одной печенькой на новый год. В нём гораздо больше холода, чем во сне о горящем доме. Здесь не было пламени - только тишина, безразличие и ледяной воздух. Остановка - метафора застывшего момента, той точки, где всё ясно, но ничего уже не изменить.
Мне казалось, что в ту минуту надо мной разверзлась вся бездна ада, бездна смотрящего в меня. Это была моя могила - ощущение, что меня закопали заживо в той самой ночи, на той самой остановке, в -10, где осталась детская душа.
Было ли мне страшно? Больше не было, потому что я создала Верховного Короля, он сказал:
"Чтобы изменить судьбу, нужно стать самому судьбой".
Я спала по 16 часов, почти ничего не ела, потому что вырвала из себя саму суть боли, собственное творение
ранило и своего творца.
И все дни я получала вот это: Спала сегодня? Ты только на улицу часто не ходи, ты же ещё болеешь, а там холодно
Главное что ты поспала, а поесть сможешь и сейчас. Это же не проблема оо Аппетит есть?
Юль, ты была лучшим другом человека, которого я так любила. Почему Оля упустила тебя? Хорошо, что ты
пришла тогда во сне. А в твоем сне, тебе принесли мою рукопись, и ты плакала.
Я отдала тексту часть своей души, и потому после этого почувствовала опустошение — как будто что-то вырвали из меня,
и это было сродни чувству разрушенного мира.
Крик Гислейна стал точкой невозврата. После таких сцен автор меняется — уже не может быть тем, кем был до этого. Этот крик не только "сломал" героя, но и "сломал" создателя.
И да, это больно, это может уничтожить часть личности, если этого не выдержишь.
Позволить себе прожить ту боль, от которой, возможно, я скрывалась долгое время. И это страшно, как будто тебя разорвали изнутри.
Ты не создаешь текст — текст создаёт тебя. Ты не просто пишешь сцену, а отдаешь ей часть себя. Это чувство сродни утрате, пустоте, которая остаётся после — словно твой внутренний мир разрушился, и теперь ты вынужден его собирать по осколкам. И да, это то же чувство, когда Ольгуша2 разрушила мой мир.
- Кто...? - прогремел он в дикой ярости и разбил фарфоровую лампу, заполненную маслом, дарящую свой мягкий свет в ночи. Осколки беззвучно упали на тяжелый, мягкий ковер,- Кто осмелился на такое?
Холодный вихрь, несшийся с холмов (в), (дымился грохочущей седой пеной у скалистых берегов). Глубокое молчание неба слушало грозовую тишину холмов.
Выражение боли, ужаса и отчаяния, исказило его черты. И в этот час, он был рядом с ней, до боли сжимая ее в объятиях, не замечая как руки его обагрены её кровью.
- Илираель,- лихорадочно повторял он, и подавляя стон, боролся с подступавшей мукой; сдавленное дыхание затрудненно вырывалось из его груди, словно он не мог устоять на ногах.
Принцесса высвободила руку, подняла на него глаза с нежной улыбкой. Ее мертвенно-бледные пальцы ласково обняли его лицо, она склонила головку к нему на плечо, сомкнула веки и более не шевелилась в его руках. Гислейн легонько тряс её за плечи; голос его в горчайшей из мук повторял её имя, заглушая крик, готовый вот-вот сорваться с его губ. Он судорожно стиснул её, вместе с ней рухнул на колени, словно сердце его разрывалось от боли.
И тут он закричал, словно безумный, и такая нестерпимая мука была в порыве этого горя, какую трудно себе вообразить. Будто прорвавшись сквозь крепкие стены, по всему Замку раскатился крик неизмеримой боли и тоски, содрогнув их.
Он стоял у камина с видом полного безразличия, как могло показаться (стороннему наблюдателю), на первый взгляд. Затаенную внутреннюю борьбу в нем выдавали плотно сомкнутые (сцепленные) за спиной руки, строгое выражение изможденного лица, (точно на нем, вместе с ней, лежал отпечаток могил). Нахмурившись, он так пристально (вглядывался) в пламя очага, и словно от одной только напряженности этого взгляда, огонь мог перекинуться на ковры, стены и мебель. (В очах его, освещенных отсветами пламени, отражалась мука, которую (не в силах) описать языки творений.
Холодный вихрь, несшийся с холмов (в), (дымился грохочущей седой пеной у скалистых берегов). Глубокое молчание неба слушало грозовую тишину холмов/моря.
- Прости меня,- голос его звучал без тени гнева, лишь одной немыслимой мукой,- Я никогда не желал кем-то править, ибо мой путь в служении и защите обездоленных. Мы не должны ненавидеть, ибо слишком много ненависти на земле, толкающей нас на кровавый путь, сделав нас злыми и жестокими. Мир нельзя изменить, исходя из одного своего представления, ибо наш разум ограничен (рамками нашей узости), но в нашей власти, в нашей силе сделать его лучше. Вот чему я учил вас своим примером.
- Прощение не имеет ни основания, ни смысла,- ответила я с досадой и воскликнула с ненавистью,- Я отняла у вас ту, что вы любили, и полагаю это справедливым! Вы отняли у меня право на счастье! Почему вы можете пребывать в счастье, а я наблюдать за ним из тени? Я и есть вы, с самой первой зарницы нашего пути, с первого отблеска молний дальней грозы (ознаменовавшей наше рождение). Будьте уверены, если она проснется и, о, времена, дайте ей проснуться в мучениях! Я отниму её у вас снова. Я отниму её у вас!
Все ваши горести - это были мои горести, ваши печали - это были мои печали, и ваш покой - был моим покоем. Никто иной не был вам ближе. (Если вы станете небом, то я стану землей, но небеса любят реки, потому, что находя в них своё утешение, наполняют землю, и наполняют реки. И не полюбить земли небесам в их извечном противостоянии в ожидании встреч. Зачем вы пришли?
- Смягчить твое сердце, Фендис. Не упрекая, но излагая объективную истину, как старший, как брат и семья. Я уважаю вас, уважаю ваши чувства ко мне, и из уважения к ним, к вашему отцу, и (к нормам морали), как я могу посягнуть на свою сестру?
Я вздохнула, стискивая руки:
- Говоря языком вашей, досаждающей мне, объективной истины, что такое нормы морали? (Как бы сказал наш наставник) Их писали подлецы (глупцы) для оправдания извращенной природы человека. Короли Древности не взирали на нормах морали и женились на сестрах. Меня невероятно забавляли ваши досужие домыслы о сторонах морали, до того они нелепы! У держащих власть нет морали! Блюдя Закон, куда важнее закон или его моральная (нравственная) сторона?
Я встала, и встретилась взглядом с очами, горевшими такой тоской, такой безнадежной скорбью. Лишь задержав на нём взор, как можно пристальнее всмотревшись в эти, до боли любимые мной очи, тем явственнее стала (сделалась) для меня происшедшая в нём перемена. Лицо его было безжизненно, серо; и эти поблекшие, потускневшие глаза его! На (самом краю своей могилы,) у него осталось сил возразить мне. Не сострадание, а ненависть (одержали) взяли надо мной верх:
- Гислейн Винтерхальтер, вам не будет покоя, до тех пор, пока один из нас не сойдет в яму (утробу земли)! Вы будете терять её вновь и вновь, до тех пор, пока вас низринут и не закопают в землю! Вы обречены её терять до тех пор, пока рука моя не покажется вам милосердием, до тех пор, пока вы не возопиете о пощаде!
И всё-таки (все же), почему присутствие его, кажется моему сердцу столь опасным, смертоносным, как надвигающаяся метель в ночи?
- Эрлин-Эрлин, (хоть) само Время сжалилось над тобой, но неумолима поступь его.
Обрел ли ты в этой девочке неумирающего, бессмертного ребенка (дитя)? Пока длиться твоя жизнь, она не сможет уйти. Многие из нас сочли тебя глупцом. Я же нахожу это по-своему забавным.
Время не позволит тебе вернуть настоящей Илириэли, (из морских глубин ничто не возвращается). То (так) дитя останется заменой, чей исход предопределен. Коли вмешаешься в один из них, (усугубишь/уменьшишь) и без того (отмерянный/отведенный) ей (её) краткий срок. Этот мир станет для тебя узилищем скорби, (если ты это выдержишь).
- Я долго размышлял над судьбой этого юноши, как Присяжный, и пришел к выводу, что он послужит для всех нас примером. Он ближе к Творцу, чем растерявшие свою человечность. И своей, прекрасной благородной душой, он заслужил свет. Пройдут годы, имя его произнесут с любовью, но не найдут безмолвный, серый камень могилы Короля былого и грядущего.
Судьбой ему отведена высшее благо что алкают люди, но ради неё он отказался от всего, и себя самого. Чем и заслужил свет.
Властен ли человек над собой? И властен ли он выбрать судьбу? Жаль, что старый пень, как говорил мой друг, не отменил Закон свободы воли.
Я вынесу свой приговор, как Присяжный: судьба исполнена.