Лунный свет проникал сквозь занавески, освещая кроватую жилку на щеке Ханами. Она стояла у окна, её тонкие пальцы сжимали стакан с виски, но она не пила — просто смотрела, как тени пляшут на стенах. Мира, сидящая в кресле позади неё, заметила, как напряглись её плечи.
"Ты опять вся в своих мыслях," — произнесла Мира, её голос был низким, почти шепотом, но в нем чувствовалась привычная властность.
"Может, у меня есть повод," — ответила Ханами, не оборачиваясь. Её голос был ровным, но в нём читалась скрытая горечь.
Мира поднялась, её тень слилась с тенью Ханами. Она подошла к ней, её дыхание коснулось шеи Ханами, как легкое прикосновение перышка. "Знаешь, я могу отвлечь тешь," — прошептала она, её губы почти касались уха Ханами.
Та сжала стакан еще сильнее, но не отстранилась. "Ты всегда так говоришь, Мира. Но я не игрушка."
"Никто и не говорит, что ты игрушка," — Мира провела пальцем по руке Ханами, чувствуя, как её кожа дрожит под прикосновением. "Но ты знаешь, что я не могу устоять, когда ты вот такая… напряжённая."
Ханами наконец повернулась к ней, их лица оказались на расстоянии в несколько сантиметров. Её глаза, как два туманных озера, смотрели в глубь Миры, и в них читалось что-то невысказанное. "Ты всегда знаешь, как вывести меня из себя," — прошептала она.
И тут Мира поняла, что игра началась. Она ухмыльнулась, её руки опустились на талию Ханами, притягивая её ближе. "А ты всегда знаешь, как довести меня до предела."
Их дыхание смешалось, и мир вокруг будто замер, ожидая, что будет дальше…
Мира стояла неподвижно, её глаза, как два угля, пылали в полутьме, а губы, едва приоткрытые, словно звали Ханами к действию. Ханами чувствовала, как её собственные мысли растворяются в этом взгляде, оставляя лишь огненное желание, которое она больше не могла сдерживать.
— Ты всегда так напряжена, — протянула Мира, её голос, низкий и бархатный, растекался по коже Ханами, как мед. — Расслабься. Никто не увидит.
Ханами почувствовала, как её рука, все еще сжимающая лацкан пальто Миры, дрожит. Она сделала ещё один шаг вперёд, сокращая расстояние между ними до минимума. Её дыхание стало прерывистым, грудь вздымалась, а в глазах читалась смесь страха и жажды.
Мира не отступила. Наоборот, её рука, которая только что касалась щеки Ханами, медленно опустилась на её шею, пальцы слегка сжали кожу, вызывая мурашки.
— Ты знаешь, чего хочешь, — прошептала Мира, её губы почти касались уха Ханами. — Почему не берёшь это?
Ханами вздрогнула, её рука, наконец, отпустила пальто, и она схватила Миру за воротник, притянув её ближе. Их лоб коснулся лба, дыхание смешалось, и Ханами почувствовала, как её тело начинает гореть изнутри.
— Я не могу больше терпеть, — выдохнула она, её голос звучал хрипло и прерывисто.
Мира усмехнулась, её рука скользнула вниз, охватывая талию Ханами, прижимая её к себе.
— Тогда не терпи, — шепнула она, и их губы, наконец, встретились.
"Ты в порядке?" – голос Миры был тихим, но пронзительным, словно она почувствовала внутреннее смятение Ханами.
Ханами кивнула, но не смогла произнести ни слова. Она чувствовала, как краснеют её щеки.
Мира повернулась. Её глаза, обычно полные озорства и легкой иронии, сейчас были мягкими и задумчивыми. Она подошла к Ханами и опустилась рядом, так близко, что Ханами могла почувствовать тепло её тела.
"Ханами," – Мира протянула руку и осторожно коснулась щеки Ханами. Её прикосновение было легким, почти невесомым, но оно вызвало дрожь по всему телу Ханами. – "Ты знаешь, что я чувствую?"
Ханами подняла взгляд. В глазах Миры она увидела отражение своих собственных чувств – страха, желания, нежности. Она не могла больше лгать себе или ей.
"Я... я не знаю," – прошептала Ханами, её голос дрожал. – "Но я чувствую... что-то."
Улыбка тронула губы Миры, но она была не той обычной, а скорее робкой и нежной. Она наклонилась ближе, и Ханами почувствовала её дыхание на своих губах.
"Это называется... желание," – прошептала Мира, и её губы коснулись губ Ханами.
Поцелуй был нежным, осторожным, словно они обе боялись спугнуть что-то хрупкое. Ханами ответила, её руки неуверенно легли на плечи Миры. Поцелуй становился глубже, страстнее, и в нем было все – невысказанные слова, долгие взгляды, нежность, которая копилась месяцами.
Когда они отстранились друг от друга, обе тяжело дышали. Мира провела пальцами по губам Ханами.
"Я хочу тебя, Ханами," – сказал она, её голос был хриплым от эмоций. – "Очень сильно."
Ханами не могла ответить словами. Она просто кивнула, её глаза были полны решимости и трепета. Она чувствовала, как её тело откликается на каждое прикосновение Миры, как внутри неё разгорается огонь.
Мира помогла Ханами встать и осторожно повела её к кровати. Они легли рядом, их тела прижались друг к другу. Ханами чувствовала, как бьется сердце Миры в унисон с её собственным.
"Я никогда раньше..." – начала Ханами, но Мира приложила палец к её губам.
"Я знаю," – прошептала Мира. – "И я буду очень нежной."
И она была. Каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждое движение было наполнено заботой и нежностью. Ханами чувствовала себя в безопасности, любимой, желанной. Она открывалась Мире, как цветок солнцу, позволяя ей исследовать себя, принимать себя.
В тишине комнаты, нарушаемой лишь их дыханием и тихим шепотом дождя за окном, они нашли друг друга. Это был не просто секс. Это было слияние душ, признание в любви, которое они так долго боялись произнести вслух. И в этот момент, в объятиях друг друга, они знали, что это только начало. Начало чего-то прекрасного и настоящего.
З
Forever Incel
"Искры в ночи"
Лунный свет проникал сквозь занавески, освещая кроватую жилку на щеке Ханами. Она стояла у окна, её тонкие пальцы сжимали стакан с виски, но она не пила — просто смотрела, как тени пляшут на стенах. Мира, сидящая в кресле позади неё, заметила, как напряглись её плечи.
"Ты опять вся в своих мыслях," — произнесла Мира, её голос был низким, почти шепотом, но в нем чувствовалась привычная властность.
"Может, у меня есть повод," — ответила Ханами, не оборачиваясь. Её голос был ровным, но в нём читалась скрытая горечь.
Мира поднялась, её тень слилась с тенью Ханами. Она подошла к ней, её дыхание коснулось шеи Ханами, как легкое прикосновение перышка. "Знаешь, я могу отвлечь тешь," — прошептала она, её губы почти касались уха Ханами.
Та сжала стакан еще сильнее, но не отстранилась. "Ты всегда так говоришь, Мира. Но я не игрушка."
"Никто и не говорит, что ты игрушка," — Мира провела пальцем по руке Ханами, чувствуя, как её кожа дрожит под прикосновением. "Но ты знаешь, что я не могу устоять, когда ты вот такая… напряжённая."
Ханами наконец повернулась к ней, их лица оказались на расстоянии в несколько сантиметров. Её глаза, как два туманных озера, смотрели в глубь Миры, и в них читалось что-то невысказанное. "Ты всегда знаешь, как вывести меня из себя," — прошептала она.
И тут Мира поняла, что игра началась. Она ухмыльнулась, её руки опустились на талию Ханами, притягивая её ближе. "А ты всегда знаешь, как довести меня до предела."
Их дыхание смешалось, и мир вокруг будто замер, ожидая, что будет дальше…
Forever Incel
"Магнетизм прикосновения"
Мира стояла неподвижно, её глаза, как два угля, пылали в полутьме, а губы, едва приоткрытые, словно звали Ханами к действию. Ханами чувствовала, как её собственные мысли растворяются в этом взгляде, оставляя лишь огненное желание, которое она больше не могла сдерживать.
— Ты всегда так напряжена, — протянула Мира, её голос, низкий и бархатный, растекался по коже Ханами, как мед. — Расслабься. Никто не увидит.
Ханами почувствовала, как её рука, все еще сжимающая лацкан пальто Миры, дрожит. Она сделала ещё один шаг вперёд, сокращая расстояние между ними до минимума. Её дыхание стало прерывистым, грудь вздымалась, а в глазах читалась смесь страха и жажды.
Мира не отступила. Наоборот, её рука, которая только что касалась щеки Ханами, медленно опустилась на её шею, пальцы слегка сжали кожу, вызывая мурашки.
— Ты знаешь, чего хочешь, — прошептала Мира, её губы почти касались уха Ханами. — Почему не берёшь это?
Ханами вздрогнула, её рука, наконец, отпустила пальто, и она схватила Миру за воротник, притянув её ближе. Их лоб коснулся лба, дыхание смешалось, и Ханами почувствовала, как её тело начинает гореть изнутри.
— Я не могу больше терпеть, — выдохнула она, её голос звучал хрипло и прерывисто.
Мира усмехнулась, её рука скользнула вниз, охватывая талию Ханами, прижимая её к себе.
— Тогда не терпи, — шепнула она, и их губы, наконец, встретились.
"Ты в порядке?" – голос Миры был тихим, но пронзительным, словно она почувствовала внутреннее смятение Ханами.
Ханами кивнула, но не смогла произнести ни слова. Она чувствовала, как краснеют её щеки.
Мира повернулась. Её глаза, обычно полные озорства и легкой иронии, сейчас были мягкими и задумчивыми. Она подошла к Ханами и опустилась рядом, так близко, что Ханами могла почувствовать тепло её тела.
"Ханами," – Мира протянула руку и осторожно коснулась щеки Ханами. Её прикосновение было легким, почти невесомым, но оно вызвало дрожь по всему телу Ханами. – "Ты знаешь, что я чувствую?"
Ханами подняла взгляд. В глазах Миры она увидела отражение своих собственных чувств – страха, желания, нежности. Она не могла больше лгать себе или ей.
"Я... я не знаю," – прошептала Ханами, её голос дрожал. – "Но я чувствую... что-то."
Улыбка тронула губы Миры, но она была не той обычной, а скорее робкой и нежной. Она наклонилась ближе, и Ханами почувствовала её дыхание на своих губах.
"Это называется... желание," – прошептала Мира, и её губы коснулись губ Ханами.
Поцелуй был нежным, осторожным, словно они обе боялись спугнуть что-то хрупкое. Ханами ответила, её руки неуверенно легли на плечи Миры. Поцелуй становился глубже, страстнее, и в нем было все – невысказанные слова, долгие взгляды, нежность, которая копилась месяцами.
Когда они отстранились друг от друга, обе тяжело дышали. Мира провела пальцами по губам Ханами.
"Я хочу тебя, Ханами," – сказал она, её голос был хриплым от эмоций. – "Очень сильно."
Ханами не могла ответить словами. Она просто кивнула, её глаза были полны решимости и трепета. Она чувствовала, как её тело откликается на каждое прикосновение Миры, как внутри неё разгорается огонь.
Мира помогла Ханами встать и осторожно повела её к кровати. Они легли рядом, их тела прижались друг к другу. Ханами чувствовала, как бьется сердце Миры в унисон с её собственным.
"Я никогда раньше..." – начала Ханами, но Мира приложила палец к её губам.
"Я знаю," – прошептала Мира. – "И я буду очень нежной."
И она была. Каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждое движение было наполнено заботой и нежностью. Ханами чувствовала себя в безопасности, любимой, желанной. Она открывалась Мире, как цветок солнцу, позволяя ей исследовать себя, принимать себя.
В тишине комнаты, нарушаемой лишь их дыханием и тихим шепотом дождя за окном, они нашли друг друга. Это был не просто секс. Это было слияние душ, признание в любви, которое они так долго боялись произнести вслух. И в этот момент, в объятиях друг друга, они знали, что это только начало. Начало чего-то прекрасного и настоящего.