вначале они решили разгрузить свои головы и расслабить тело, а затем дело приобрело иные обороты, и вот эти черти идут мстить полиции. спойлер: была допущена оплошность.
Вместо семьи по крови имеет большую и дружную банду, которая выходила Джоэла лет с шести. И лишь однажды задав вопрос о своей истинной родне и получив в ответ равнодушное "их нет", этой темой более не интересовался.
Как и полагается среднестатистическому латиносу родом из самого опасного района Лос Анджелеса, Рэми провел детство и юность на улицах гетто, где существует лишь два правила: не лезь на чужую территорию и убей, пока не убили тебя.
Смекалистый и шустрый малый без рода и племени попал под крыло местной небольшой группировки и показал себя довольно амбициозным и деятельным, чем заслужил постоянный кров и пищу.
Подростком, в делах банды участвовал редко, чаще оставаясь в тени в роли "швеи" — штопал раненных после поножовщины и перестрелок, получив прозвище Доктор.
Имел пару приводов в участок: за вандализм и раскуривание травки в неположенном месте, чем не гордится по сей день, но вспоминает с ностальгической усмешкой.
В какой-то момент, Винни, глава банды и по совместительству наставник Джо, заключил довольно выгодную сделку, благодаря чему имидж и авторитет их шайки возрос, и для Рэма это был шанс, зеленый свет к мечте, которой он грезил едва ли не с тех пор, как впервые взял дрожащими пальцами медицинскую иглу; после недолгих уговоров, Винни таки пристроил его в стэнфордский университет, который Джоэл окончил с отличием самостоятельно, отказавшись от какой-либо поддержки со стороны семьи. Названный отец был горд им, и это одно из немногих положительных и ярких воспоминаний в жизни Рэма с тех пор, как его подобрала с улицы парочка сомнительных ребят, едва ли старше его самого.
Он — единственный, кто учился как в школе, так и вузе, а также уже узнаваемый в узких кругах как неплохой хирург из Западного Побережья. Посему некоторые члены группировки такое не одобряли, считая, что Джоэл становится "белым" — отходит от дел и подобает чертовым бледнолицым, имея престижную должность.
И, дабы исключить конфликты и остаться при своем, Рэм предлагает-соглашается на некий компромисс: на нелегальных условиях проводит операции — либо устраняя конкуренцию за счет эвтаназии, либо вытаскивая важных шишек, находящихся вне закона с того света. Обе стороны все устраивало, благодаря чему карьерная лестница Рэма идет вверх, а сам он по выходным потягивает Патрон под Мэри Джейн на веранде элитного особняка на Сансет Стрип, вовсе не боясь того, что рано или поздно к нему нагрянут гости звездные значки.
Не смотря на образ жизни и окружение, Джоэл весьма милосерден, дружелюбен и добродушен при внешнем амплуа подозрительного мексиканца, у которого наверняка припрятана пара-другая стволов.
За редким случаем его можно застать грустным или апатичным, так как его извечные спутники — яркая улыбка и целая обойма разномастных шуток, иногда действующих против него самого.
Остр на язык, временами язвителен и то лишь при скверном расположении духа. Он, естественно, старается скрывать истинную природу чувств и эмоций, боясь того, что это также обернется супротив.
Стрессоустойчив, но может применить силу или все-таки вытащить из-под ремня револьвер, по-гангстерски размахивая перед лицом раздражителя.
Многие назовут его бабником, на что он скажет: "у меня просто слишком сексуальный баритон", и отрицать свою любвеобильность не станет, но глубоко внутри надеется найти ту самую, которая покорит горячее мексиканское сердце. Если коротко — однолюб, но многоеб.
Любитель философствовать под марихуану и хорошую выпивку, но и без них может трепаться часами без умолку, и неважно, слушает ли его собеседник или нет.
Как и начинать монолог ни с чего, так и задуматься, стопорясь прямо посреди повествования, для Рэми дело обычное, благо паузы недолгие, и слушатель вряд ли успевает заметить внезапную тишину, ведь Джоэл забивает собой буквально весь эфир, за что становится душой компании за рекордно короткие сроки.
Не смотря на высокий уровень социализации и экстравертность, предпочтет провести свободное время в гордом одиночестве, наслаждаясь умиротворяющим шелестом пальм и роящимися шмелями мыслями о бытие.
sad bird still sing