в глазах салливана он находит точку опоры, весь мир замыкается в этом взгляде, полном тревоги за него. кажется еще никто на свете не смотрел так на питера. пальцы рефлекторно впиваются в плечи колдуна сильнее, он словно боится, что тот вдруг исчезнет, растворится в ужасе этой ночи. сердце медленно, но всё же перестает колотиться в груди. все слова доносятся эхом и сознание растягивает восприятие сказанного как жвачку.

— нет, — его голос звучит слишком резко и порывисто, бойд делает несколько тяжелых вдохов, продолжая уже спокойнее, — не сейчас.

ему хочется вновь оказаться в плену рук колдуна, чтобы выжечь наконец эти страшные мысли с подкорки, стереть все воспоминания простым человеческим теплом. но способность трезво мыслить всплывает на поверхность, сдерживая первобытные инстинкты. очередной тяжелый вздох. бойд находит в себе силы расцепить пальцы, чтобы убрать слипшиеся волосы с лица.

— можно я останусь сегодня у тебя ( с тобой ) ?

он уверен, что ответ будет утвердительным, но что-то жалобное все же проскальзывает неуловимой тенью. питер только сейчас понимает, что сидит посреди комнаты без одежды. и его самого это мало смущает, будь ситуация иной, он бы превратил это в забавную шутку, но сейчас тело готово было развалиться на маленькие кусочки. настолько он чувствовал себя разбитым.

— будет лучше, если сначала я приму душ, — питер находит в себе силы вымученно улыбнуться, — я воняю.

кажется даже перед лицом смерти бойд найдет место шутке. и хотя сейчас уголки губ подрагивали от напряжения, ему стало чуточку легче. ноги не слушаются, а колени готовы в любую секунду надломиться. но все же обортню удается подняться, правда не без помощи салли. тьма скрывает всё то, что положено скрывать в такой час. наготу и вдребезги разбитую душу.

пальцы питера впиваются в плечи салливана, и колдун хочет сказать, что он тоже, тоже волнуется и тревожится. тоже чувствует эту частичную безысходность и страх перед тем, чего сам не понимаешь. я тоже, питер.  вот по итогу что именно «тоже» — пока что сказать трудно. салливан давно прекратил быть ребенком и подростком, и ранее можно было списать его частичную инфантильность на слепоту, но сейчас всего этого нет, нужно повзрослеть еще сильнее, разрешить себе впускать людей в собственную жизнь, а это так сложно. так сложно, но так хочется.

«останься» — хочет сказать салливан сразу же, как слышит вопрос бойда.

«останься со мной, позволь спасти тебя, спаси меня сам»

но вместо этого питер слышит лишь тишину, салли соглашается молча, сжимая плечи волка в ответ и нервно сглатывая.

когда они поднимаются на ноги, свет кеннеди не включает. жить в кромешной тьме он привык уже давно, лишний раз беспокоить свои глаза не хотелось, чувствуя себя более комфортно в свете, поступающим через окна ишь от яркой луны. салливан придерживает питера левой рукой за бок, немного поддерживая их равновесие и ходьбу с помощью магии воздуха, ведь фищически по сравнению с питером кеннеди был слишком слаб, удержать оборотня без своей магии он вряд ли бы смог.

— хорошо, что я был без зрения, а не без обоняния. наверное, иначе я бы сошел с ума.

салли пытается отшутиться вровень питеру, но получается не совсем хорошо. он боится, что оказывается слишком груб, но бойд реагирует без какого-либо негатива, что позволяет колдуну спокойно выдохнуть и дойти до ванной комнаты, что находилась совсем рядом с выделенной ему комнатой.

входят внутрь они тоже осторожно, салли открывает дверь с помощью магии — опять — а потом провожает питера в ванну и помогает ему забраться внутрь. включает сначала кран, как-то регулирует воду, чтобы было не слишком горячо, но и не холодно, чтобы в самый раз было. делает это кропотливо, будто за раненным щенком ухаживает, а потом переключает воду на душ и берет его в руки, начиная поливать спину питера.

— я… — салли замолкает, прикусывая нижнюю губу и смотрит на спину оборотня, словно боясь поднять взгляд и посмотреть ему в глаза. — рад, что ты пришел ко мне.

волосы на теле салливана встают дыбом, он языком зализывает выступившую капельку кровь от прокусанной губы и делает воду еще немного горячее. — так нормально? — все же кеннеди поднимает голову и рукой дотрагивается до плеча питера. дотрагивается осторожно и так, словно только что не тащил его до ванной комнаты, словно не целовал когда-то его у него же дома, словно не было ничего между ними никогда. робко это делает и осторожно, а еще с желанием, диким желанием обнять и не только зарыться у него в руках и объятиях, а еще укрыть в своих. 

Движение ткани на старых досках не остается незамеченным. Звенят стекла, когда дверь старой хижины с силой ударяется о старую и обведшую стену. Громкий плачь, доносящийся с первой ступени, будоражит кровь, и женщина жадно улыбается, поднимая аккуратную ладонь чуть выше головы. В тусклом свете дня она выглядит слишком бледной и серой, покрытой тонкой кожей, как оберткой, под которой кипит кровь от предвкушения. Ведьма резко сжимает кулак. Детский плачь тут же тихнет, а она довольно выдыхает, наклоняя голову вбок. Она знает: здесь есть кто-то еще. И не только шакал. Женщина слышит стуки сапог нескольких людей, что преследовали животное и громко цокает, спускаясь по лестнице вниз. Какая досада, Она поднимает пеленку со спящим ребенком, а после поворачивается к тому месту, где должен сидеть шакал. Громкий женский голос командует:

– В дом, – Повторять она точно не станет. Если ему угодно попасться людям или же бежать дальше – его решение. Она уже однажды спасла его и точно не будет делать этого вновь, если он решит ее ослушаться. Но он слушается и ведьма, чувствуя, как лапы взбираются по лестнице, улыбается, на этот раз аккуратно закрывая за ним дверь, чтобы не напугать его.

Слепая проводит рукой по воздуху, выписывая непонятные простому человеку знаки. Дом преображается. Завалившаяся в грунт заброшенная хижина выпрямляется, словно вырастая из земли. Старые доски, запятнанные и обросшие мхом – очищаются, разбитые стекла восстанавливают свой первозданный вид, в некоторых местах сменяясь витражом. Облезлые ставки, свисающие с окон, сами встали на место, покрываясь новой краской с рисунком. Вокруг дома возвысился небольшой забор из плетня. Ведьма развернулась на месте, закончив с домом. Только теперь на ее месте была не пугающая женщина в плаще с ребенком в руках, а молодая девчушка с корзиной выстиранного белья. Она видит мужчин, выходящих из леса, и склоняет голову, приветствуя их. 

Они пошли дальше, но снимать иллюзию со своего дома ведьма не торопилась. Дождавшись, пока те уйдут на приличное расстояние от нее, она вернулась в дом. Внутри дом также изменился: стал выглядеть более «по- людски», впрочем, слепую это мало волновало. Она вновь выглядела как тогда, когда встретила шакала на ступенях. Положив спящего ребенка в корзину на столе, женщина оглянулась на шакала. Зачем ты здесь? Задавать вопросы она не спешила. Да и знаете, не привыкла она говорить с животными, было что- то в этом неприятное и отталкивающее для нее. Например, запах собачьей шерсти. Она шагнула к нему ближе и прошептала что-то, снова рисуя в воздухе знак. Метаморфозы начали действовать незамедлительно, превращая шакала в настоящего человека. Ведьма чувствовала, знала, как он выглядит, даже не видя его, ощущая превращение каждой клеткой своего тела. Она слабо улыбнулась, довольная тем, что она сделала.

– Так лучше, – Она снимает капюшон плаща, расстегивает его и, взмахнув рукой, набрасывает ткань на нагого мужчину, сидящего перед ней. Плащ скорее для него, нежели для нее, она ведь все равно ничего не видит, а животное вполне могло чувствовать себя «голым» без своей шкуры.

Теперь перед Табаки стояла рыжеволосая женщина лет 30 в старом бархатном платье, что было наискось оборванно чуть выше голени. На нем было много дыр, но они также начинались ближе к концу черной ткани. На ее груди был корсет, казалось, - или нет, - из самых настоящих человеческих костей, а на лице черная повязка, скрывающая невидящие белые глаза.

– Зачем явился? Мне казалось, в тот раз моя помощь не пришлась тебе по нраву, – Она обходит мужчину, оставляя его без внимания, подойдя к ребенку. Тот спокойно спал, совершенно не подозревая, какие на него планы. Ведьма поворачивает голову к Табаки, ожидая ответа. Может, ей стоит его сдать тем мужчинам? 

непонятно, что именно привело шакала к этому дому: то ли какое-то неизведанное чувство, то ли просто воля случая помогла животному, ведь за ним все еще шли люди. люди озлобленные, гневные, настроенные на убийство. шакал не любил людей. он вообще никогда никого не любил, наверное. или это чувство ему просто не дано. всю жизнь находясь под опекой шерхана, животное и не знает никакого проявления чувств. табаки оглядывается в ту сторону, откуда слышатся крики и шаги, а когда поворачивается обратно к дому, на его пороге уже появляется она. слепая ведьма, что однажды спасла животное. но тогда, бежав от неизвестного чувства, табаки даже и не представил, что именно ему дарит эта встреча и это знакомство. не понимает и до сих пор, но послушно следует ее команде и одним движением перескакивает все ступеньки крыльца, а следующий прыжок делает уже в саму хижину, что на глазах начала меняться, превращаясь из старой страшной лачуги в приятное глазу место. но шакалу был приятен и первый вариант, а когда он отчетливо услышал людские голоса, то сразу же понял, что обновление это было сделано не для его уюта. ну и не надо.

табаки подходит к небольшому окошку и запрыгивает на стульчик, поднимается на одни лапы и двумя передними упирается в стену, наблюдая таким образом из окна, что происходит на улице. ведьма тоже преобразилась, а ребенок в ее руках и вовсе исчез. шакал не понимает, куда она дела маленького человека и будто хмурится, словно животному доступны хоть какие-то эмоции. он оборачивается и спрыгивает со стула, когда ведьма заходит обратно в дом. она слепа, но это не значит, что ей ничего не видно. табаки аккуратно и медленно двигается вперед, молчит и принюхивается, но женщина решает сделать ход первой — она делает неизвестные зигзаги в воздухе, и в следующий момент вместо небольшого зверька с разорванным ухом на полу оказывается человек обычного, даже немного худощавого телосложения. обгладывание косточек дает о себе знать: мяса животное получало не всегда, питалось чем попало, поэтому и в человеческом облике его ребра можно легко пересчитать, просто взглянув на человека. шакал вновь пугается, как и тогда. он молча смотрит на свои или чужие руки, проводит рукой по ребрам и телу, а потом поднимает руки к голове и уже касается собственных волос. он сидит на коленках, поднимает голову на ведьму, и в этот момент та кидает на него свою накидку. сначала табаки теряется, ведь накидка накрыла его почти полностью, словно кто-то решил закрыть таким образом клетку с попугаем, чтобы тот уснул. но шакал птицей не был, он птиц вообще ел и тоже не очень любил, поэтому одним неловким движением руки скинул с себя ткань, а потом вспомнил, как та была надета на женщину и молча накинул ее на собственные плечи. ведьма подходит к ребенку и ждет ответа, шакал это понял по ее резко повернутой голове.

— меня привело сюда чувство — быть здесь должен я. это граничит с безумством, но не могу я ослушаться чутья.

табаки хочет сделать шаг и уже заносит руку вперед, чтобы ступить на нее, но ладонь останавливается в нескольких сантиметрах от пола. табаки кажется, что не так должно быть. в первый раз было не так. он опускает голову и смотрит на свои ноги, а потом все же касается рукой пола, но не для шага, а для того, чтобы опереться на него и подняться на две ноги. слегка пошатывается, ведь не каждый день с четырех лап переходишь на две ноги. шакал оборачивается дабы посмотреть окно, но в его слабом отражении видит свою огненную шевелюру, словно волосы ведьмы. и откуда они взялись? табаки вздрагивает и тут же касается волос руками, приняв те за огонь, но когда пальцев касаются не языки пламени, а мягкие волосы, он немного успокаивается, поворачивается обратно к ведьме и медленно двигается к ней, старается по привычке принюхаться, но носа своего не видит. а ребенок все так же продолжал сладко спать в своей новой кроватке, даже не подозревая, что его ожидает. табаки тоже не знал, что ждет его в будущем, и от этого становилось и интереснее, и страшнее одновременно. а слепая ведьма никак его не успокаивала. особенно ее могущественная магия, которая может сделать… такое…

— позволь вкусить лакомый кусочек! возьмем мешочек, положим в кулёчек, и не останется от него ни мочек, ни почек! 

✦

✦ отношения ✦

• аделина трефле-пике \\ люди с даром держатся вместе. по-другому в этой академии, кажется, и не выживешь.
• владислава долохова \\ девчонка с черной аурой и полными пачками сигарет в карманах. особа не из простых; доказывать наличие способностей не хотелось вовсе, но она вынудила это сделать.
• луиджи волларо \\
• роман левинсон \\ русские тоже должны держаться вместе, но с ним это делать не очень хочется. кто вообще такой?
• ульяна гронская \\ мерзкая девчонка, да еще и воришка! вот только руку ее на выгоне вдруг сжимал крепко. не это все неправда и провокация. путь совместный длинный, и как бы не хотелось его прервать... а хочется ли сейчас?
• энтони оуэнс \\ сосед по комнате; знакомство началось не совсем с хорошей ноты, некоторые ссоры и конфликты с ним даже продолжаются, но уже не такие, как раньше.

Альтруистическая натура Сэлвин была рада оказать посильную помощь любому, кто просил о ней. На кануне Хэллоуина в академию обратился местный лесничий и Лейнору включили в почетную группу по устранению возникших проблем с маршрутиризацией в лесополосе. Отличная возможность провести время на свежем воздухе. К несчастью, в день Х волшебницу подкосила простуда, и ей пришлось обратиться в больничное крыло. Тем временем остальные ребята уже отправились на задание, поскольку «семеро одного не ждут», как говорится. Обостренное чувство ответственности не позволило Сэлвин праздно отлёживаться под жаропонижающими. Ускользнув от не особо бдительной медсестры, она решила отправиться вслед за товарищами. Лучше потом получить нагоняй от медработников, чем штрафные санкции от руководства академии, для которых даже смерть вряд ли являлась бы уважительной причиной пропуска ответственного задания.

На пороге больничного крыла Лейноре довелось стать свидетельницей поступления на попечение врачей трёх пострадавших студентов. Очевидно, чья-то миссия пошла не по плану. И почему она не удивлена. Прихватив из комнаты верхнюю одежду и волшебную палочку, Лея поспешила в сторону деревни. Дорогу до дома лесника пришлось выяснять у местных жителей, которые любезно предоставили ей всю необходимую информацию. Такт и уважение творят чудеса. Не без некоторых задержек Сэлвин приближалась к пункту назначения, когда услышала леденящий душу вой. Достав волшебную палочку, она внимательно осмотрелась по сторонам. В сгустившихся лесных сумерках зажигать свет, тем самым возвещая о своем присутствии, она не стала, зато прибавила скорости по направлению к месту прописки лесника. Там к волчьему вою и рыку прибавились звуки выстрелов. Вечер резко перестал быть томным. Сэлвин понятия не имела, что происходит внутри, но кто-то явно нуждался в помощи. Возможно, в здравом уме Лейнора не полезла бы на рожон, отправила бы в академию патронуса с информацией и еще много всяких менее опасных вариантов, но жаропонижающие в купе с любопытством и желанием немедленно вмешаться в происходящее сделали своё дело. Так как она не знала точного числа и расположения присутствующих в периметре дома, то решила действовать наверняка. На счёт «три» с ноги вломившись в хижину, Сэлвин взмахнула палочкой и доступное пространство резко залил ярчайший свет, будто все архангелы разом спустились с небес на бренную землю навести порядок с табличками в лесу. Кто не успел зажмуриться, она не виновата. Спецэффект напугал, ослепил и дезориентировал присутствующих настолько, что часть просто трансгрессировала. Ими оказались те самые оборотни, которых Лея слышала незадолго до этого. Чуть позже, уже при обычном уровне освещения глазам Сэлвин предстала удручающая картина. Кто-то был ранен, кто-то убит (лесник), кто-то с ружьём наперевес. Девушка подняла руки, мол спокойно, все свои. Разбираться в произошедшем, задавать вопросы и без того шокированным друзьям, охать, ахать прямо здесь и сейчас не имело никакого смысла. Нужно было убираться отсюда как можно скорее и единственным способом сделать это быстро и менее безболезненно для раненых — была трансгрессия, чем Сэлвин успешно воспользовалась, доставив товарищей на попечение медиков.

Признаться честно, такие стойкие выстрелы Элинор поразили Дафну. Боевому духу и отваге этой девушки можно было только позавидовать. Дафна предпочитала расчет и собственную жизнь, увы. Спасать других она умела лишь в понимании полной собственной безопасности. Исключения были редки.

Когда ситуация становится категорически критической, ведь выстрелы на глазах превращают Сивого в окончательно озверевшее животное, на поляне возле хижины появляется Лейнора _{(взмах волшебной палочки с разрешения админа для ментального перемещения в эпицентр событий)}. Изначально всех ослепляет свет, настолько ярчайший, что не попытаться увернуться от него просто невозможно. Но это сработало. Оборотни и волки сразу же бежали. Фламель же сильнее перехватила в руках свою волшебную палочку на случай, если свет ни разу не дружественный. Благо, это было не так.

Переведя дух, девушка убирает свою палочку, но все равно еще озирается по сторонам на всякий случай. — Спасибо, — говорит девушка, кивая Селвин. Все же, её приход разрешил ситуацию меньшими потерями.

Когда же вся их компания оказывается в медицинском отсеке, то сказать, что приходится испытывать шок и непонимание — значит ничего не сказать. Столько людей здесь находилось. . . При этом, с куда большими травмами (чем у нее). Поэтому девушка поспешила залечить рану и удалиться. Помочь она может мало чем, а вот не мешать — иногда самое золотое из возможных решений. Ох, если бы она только знала, какие известия ожидают её совсем скоро. . . 

да что же упертый он такой, как настоящий баран! луи вздыхает и устало поднимает взгляд на винсента, не понимая, чего тот привязался к нему, как котенок к кошке взрослой. мерфи на роль помощника, мамочки, наставника и вообще на любую другую роль не подходил уж никак. он хотел только предостеречь бишопа, помочь ему не ввязываться в эту чертовщину, но тот все равно упорно идет напролом и действует вопреки всем желаниям луиса. а тот и не понимает, радоваться ему или продолжать горевать по этому поводу. ведь становиться причиной очередной смерти он совсем не хочет. а винсент казался.. светлым человеком. у него и сестра есть, и семья, наверное, хорошая, большая и любящая. люди к нему благосклонны. полная противоположность луису, так что винс в нем такого нашел, что продолжает околачивается в дешевом мотеле, да еще и номер вдруг просит?

луис только рад ключ от свободного номера дать и денег содрать — процент капает с каждого гостя. парень кидает взгляд через стойку на диван для ожидающих, на котором сам иногда спит в ночную смену, а потом переводит глаза обратно на винсента.

— на этом диване нельзя, — луи головой качает в сторону куда-то в левый верхний бок, указывая тем самым на камеру. сама камера стоит лишь для вида, красоты и, если вдруг потребуется, то для хулиганов. камера нерабочая, но об этом, кроме работников мотеля, и не знает никто. а все верят каждый раз и пугаются. луиса забавляет, как люди могут быть доверчивы. в прочем, он бы и сам поверил бы в исправность этой камеры наблюдения.

— если что вдруг случится — сам виноват будешь, — конечно же луи будет и бесконечно винить себя в любом происшествии, но ему хотелось еще хоть как-нибудь повлиять на винсента, чтобы тот домой шел спокойно и не появлялся больше в жизни мерфи. но тот остался на месте стоять, как камень, и тогда у луиса больше не осталось никакого выбора, — мне нужно тогда будет записать данные твои. фамилия, имя? дата рождения. удостоверение, подтверждающее личность. права, может? — луи открывает свою тетрадку и берет черную ручку, аккуратно под диктовку записывает все данные винсента, мысленно прикинуть его знак зодиака пытается еще, а потом приподнимается на стуле, оставив ручку на столе, берет в руки ключ, — номер тридцать шесть. прямо по улице и по дальней лестнице на второй этаж. номер крайний будет. он твой, — ключ мерфи кладет на стойку, но прячет его под рукой, которую убирать не спешит, — оплата наличными? тридцать долларов — стоимость одной ночи, — вряд ли винсент останется надолго. с одной стороны это и хорошо, а с другой… тревожно все-таки было мерфи, даже слишком. 

возможно, винс поступал уже не по правилам, но разве мог мерфи отказать ему, будучи на работе? в конце концов, лишний гость в этом захолустье уж точно не пойдет в убыль мотелю. бишоп в принципе был удивлен тому факту, что мотель существовал в их городе до сих пор, и кто-то умудрялся им пользоваться. и лишь после того, как винсент ляпнул собственное предложение, он соизволил-таки вспомнить о существовавшей в их огромном, одиноком поместье матушке, которая порой без его присутствия и не справлялась. как-то на автомате отвечает луи на все необходимые вопросы для того, чтобы снять номер, пока мысли улетают на другой конец города. не сказать, что у мамы сейчас была какая-то опасная «фаза», но задержаться здесь бишоп к своему сожалению не сможет. значит, и действовать нужно было скорее.

вернувшись из собственных размышлений, винс переспросил у луи, что он у него уточнил под конец, после чего тут же кивнул, сообразив и направив руку во внутренний карман куртки в поиске банковской карты. парень протягивает ее мерфи, в то время как его свободная рука аккуратно касается верхней стороны ладони луи. касание быстрое, мимолетное, но все же заставляет винсента тут же улыбнуться. затем пальцы опускаются ниже и быстро вытаскивают ключ из-под руки парня, но торопиться уходить он не собирается – карта-то еще была у луи. и ему создавать неприятности он не хотел.

пока мерфи копался с оплатой, винсент без какой-либо попытки как-то скрыться наблюдает за парнем, отмечая, как он по-прежнему нервничал и пребывал в каком-то разочаровании. не хотелось бишопу прощаться с ним на такой ноте, поэтому, когда луи закончил с процессом оплаты, винс потянулся за своей картой обратно и вместе с этим направил в сторону мерфи толику успокоения и каплю радости, только с собой их никак не связывал, поэтому во второй раз нарочно не позволил их рукам соприкоснуться, — клянусь тебе, все не так плохо. — напоследок произносит винс и по-доброму улыбается луи, понадеявшись, что за ночь его новоиспеченный друг пересмотрит все же свои взгляды, а ему, в свою очередь, удастся в ближайшее же время переубедить его в собственных предубеждениях.