если отмести щенячий восторг дастина, от того, что эдди сейчас так близко, что можно без лишнего смущения говорить с ним, касаться, быть максимально близко и глаза в глаза когда мечи скрещены. если убрать всё это и подключить одну из нудных сторон фелпса, то он несколько волновался в успехе сего мероприятия, потому что такие форс-мажоры редко можно было выправить на успех. но все его сомнения разбивались о то, как держался эдди на сцене, как улыбался и дерзил, как самый настоящий сценарный принц эдмунд. и, что греха таить, фелпс не без удовольствия замечал, что между ними происходит та самая настоящая химия, от которой у зрителя всегда дух захватывает и он начинает верить в искренность чувств актеров.

куда уж искреннее? дастин произносит свои реплики, делает то, что должен по сценарию, полностью входит в роль короля каспиана, но внутри него тринадцатилетняя фанатка грозит того и гляди вырваться на волю и наброситься на ривза с криками о любви. надо продержаться еще немного и не наделать глупостей, не испугать эдди своими совсем не профессионально-наставническими чувствами.

акт I... акт II... финал

всю постановку дастин ловил себя на том, что позволяет себе больше свободы рядом с эдди. он улыбается чаще, отпускает реплики не по сценарию, но приходящиеся так в тему, что требовательный режиссер, сидящий в первом ряду, кивает удовлетворенно. и никто не догадается, сколько в короле каспиане дастина фелпса, главное, чтобы об этом не догадывался эдвард ривз. а для дастина, эта постановка стала самой любимой. его личная сказка о любви, но любая сказка подходит к концу и от оваций отделяют два последних монолога.

ривз справляется идеально. не по сценарию абсолютно, но так что у всех замирают сердца, а у дастина, кажется, открываются глаза. он не слышит и не видит принца эдмунда, а видит только открывшегося перед ним эдварда ривза, слышит не сценарное признание, а слова искренние влюбленного человека. для него ли? не важно.

глубокий вздох и улыбка отделяли его от четко-прописанного, безусловно, трогательного признания короля каспиана, но...

- постой, - дастин делает решительный шаг к эдди и берет его за

руку, - прежде, чем ты вернешься, я хочу, чтобы ты знал, что для меня ты сияешь

ярче солнца. и ни одна звезда не сравнится с тобой, ведь звезды - лишь

отголоски, а ты здесь и сейчас. настоящий, неприступный, ускользающее солнце,

на которое я смотрю издалека и не смею подойти, но люблю так сильно, что не

вижу других прочих. только ты перед моими глазами и в моем сердце каждый день и ночь.  я готов сложить к твоим ногам миры и сам пасть к ним. я люблю тебя, но не смею этим более докучать. только лишь имею наглость признаться, прежде чем потеряю тебя среди чужих вселенных. и.. - о, это совсем не входило в оригинальную постановку, но дастин уже не думает об этом, не думает о людях вокруг. он тянет эдди к себе, опускает руки на его талию и наклоняется, накрывая чужие губы своими в легком, но таком искреннем и трепетном поцелуе. все вокруг перестает существовать: овации зала, опускающийся

занавес, перешептывания и вздохи других актеров.

дастин целует эдди, пока их не накрывает мрак закулисья и только

чье-то: ребята, на поклон! вырывает их из этого мирка на двоих, но дастин не

отпускает руки ривза ни на секунду во время поклона, после поклона, ни даже

тогда, когда тянет по узким закулисным коридорам. том по пути с понимающей

улыбкой пихает в карман ключ, а итан, сдерживая смех следом сует в другой

карман серебристый квадратик.

старая гримерка, сейчас служащая складом старого декора, которым давно никто не пользуется, встречает их темнотой и запахом пыли. фелпс прижимает эдди к закрытой двери и смотрит сверху вниз ровно две секунды, прежде чем снова поцеловать парня, но уже совсем не сценически, теперь вкладывая в поцелуй не только трепет, но и неуемное юношеское желание.

Ли уже так давно не видел сны, особенно такие яркие, реальные, которые помнились даже после пробуждения. Этот сон казался настолько.. не его, если честно. Верилось с трудом, что его фантазия могла воплотить такое существо. Отдаленно напоминающее женщину, но с хвостом, с блестящей на солнце чешуей, с оглушающим шипением змей на её голове и плечах. Настоящая горгона, будто из всеми известных сказок. Только в разы страшнее и слишком реальная. Нет, даже дизайнерам и киношникам в Голливудских студиях не создать такого образа, даже для самого высокобюджетного хоррора. Сон же также быстро становился хоррором, когда он и еще несколько людей неподалеку пытались убежать от её гнева. Прятались, пытались затаиться за машинами или хлипкими стенами, которые она так просто рушила..!

Она снова и снова находила его, снова и снова настегала в этом кошмаре. Только в этот раз Солнце точно проснулся в ту жуткую секунду. Видимо вздрогнул всем телом, которое ощущалось тяжелым и непривычным. Неужели снова заснул в баре на неудобных стульях? Его спина подобного больше не простит, как поясница и бедра. Молодость уходит вместе с возможностью работать и не обращать на дискомфорт внимание. Однако мебель вокруг, как и потолок, не напоминали бар вовсе. Слишком опрятные и пустующие для его родного дома и места работы. «Тогда.. где я?» Юноша аккуратно приподнялся, скидывая одеяло в бок. Вроде ничего необычного, не считая отсутствия футболки и штанов, но может оставил где-то рядом. И почему поиск одежды был делом более простым, чем ответ на вопрос, где он и что было? Ступни свесили на пол и только тогда поняли, как же холодно. В летней Итее даже ночью не могло быть так холодно, не до дрожащих мышц. Бьет озноб? Брюнет попробовал встать, уже вес перенес на ступни, вернее попробовал и тут же зашипел от боли. Левая лодыжка выла хуже головы. Он что, перепил где-то и упал? То ли поцарапал ногу, то ли подвернул – не мог понять, не рискуя наклоняться ниже, боясь что голова еще и кружиться начнет. На столике рядом лежали какие-то листы бумаги, склянки с отвратительным запахом лекарств или еще чего похуже.

_{- Генри?} – предположение, за которое говорили склянки, полу-темное помещение и аккуратный интерьер. Нечасто же до этого он бывал у мужчины (как и у любого врача, потому что держаться от них в сторонке как-то безопаснее). Привычнее находить бутыли с лекарством на барной стойке, как бартер за милкшейк. Или болеть без участия местного доктора, что бывало крайне редко и в выходные. – Генри, ты тут? – более громко и отчетливо подал голос гость, уже с целью по-настоящему привлечь внимание хозяина, если он рядом. Что ж, отсутствие ответом здесь и сейчас не позволяют ждать слишком долго. Санни буквально секунду оставался на месте, а после попробовал-таки снова подняться, перенося вес на здоровую ногу. Одеяло накинули на плечи, пытаясь скрыться клокочущий в крови холод. 

Решимость и здравая оценка ситуации – очень разные грани реальности. В его бы состоянии наверное остаться лежать, а лучше сжаться под одеялом с ожидании Асклепия. Точно не медленно пересечь комнату, подходя к окну. Плотные шторы не пропускали внутрь свет – почему стало ясно в первый же момент, как их чуть приоткрыли и впустили солнечный свет. Ослепляющий и раздражающий глаза, ослепило буквально на несколько секунд. – Черт.. День или вечер? – вроде не самый яркий свет, ближе к закатному, но парень мог лишь предполагать. Попытался выглянуть вбок, но очень зря наступил на левую ногу и зашипел вперемешку с греческими ругательствами от новой яркой боли. Голова закружилась сильнее, намекая на то, что лучше опуститься то ли на пол, то ли вернуться в кровать. Да на второе уже не нашлось сил в таком состоянии. «Да что произошло..?»

Генри явно не выглядел крепким, да он работал медбратом и это предполагало что он, скорее всего, достаточно силен, что бы удержать на ногах взрослого человека. Но он точно не выглядел как герой, который выстоит против самого настоящего монстра из греческих мифов. Хотя, наверное, это было не той мыслью, когда в лагере полубогов вновь прозвучала тревога, и охотницы сообщили что в лесу была замечена Горгона и добралась до окрайн города, и напала на смертных. Присутствие Асклепия там даже не была нужна, остальные бы справились без проблем. Тем более солнце почти зашло, но мужчина все равно пошел, что бы просто отвлечься от собственных мыслей, которые мучили его последние несколько дней. 

Он прекрасно понимал в чем были причины его непривычного поведения и того что он усердно не заходил в местный бар, хотя ранее бывал там чуть ли не каждый день. Эрос ничего не говорил, но по его лицу было понятно, что он, скорее всего все знает и все видит, ведь любовь это его территория. Асклепий даже был благодарен, что тот не говорит об этом. Ведь оба понимали о безнадежности, если во всем этом был замешан Аполлон. Генри был его сыном, но прекрасно понимал, что явно не ему тягаться с божественным отцом. От этого становилось только тошно и это злило, что в итоге вылилось в небольшой конфликт с Санни. От чего врачевателю было до безумия стыдно, и от этого он пытался сбежать. Вот только когда среди смертных он увидел знакомую фигуру, у него не осталось никакого выбора, как вступить в сражение. И пустить в Горгону пару солнечных стрел. 

- ССССС!!! Ктооооо?! Ах… Дитя Солнца! Как смеешь! Асклепий!!! Ты ответишь… - шипела горгона, а ее змеи плевались ядом. Асклепий был без сомнения слабее, но ему побеждать было не обязательно лишь отвлечь, что бы остальные смогли разобраться. Он перегородил монстру дорогу, встав между ним и беглецами. Высвободив посох, место осветил яркий свет, который моментально ослепил Горгону и ее змеи. 

С большинством пострадавших удалось разобраться на месте, но по иронии именно с Санни возникли проблемы. Он оказался отравлен ядом, что мешала лечению, поэтому Асклепий забрал его к себе домой в городе. Успешно выведя яд, он оставил его отдыхать и сам отправился за продуктами, что бы приготовить хоть что нибудь ужин. Ведь лечение затянулось почти на сутки. 

Вернувшись, мужчина почти сразу получил «доклад» от одной из своих змей, которая оставалась наблюдать за пациентом. Асклепий успел как раз к тому моменту, когда Солнце начал валится с ног. Подхватив его он сразу же вернул того на кровать.

- Боги, зачем ты встал? Ложись, тебе еще рано вставать, - проговорил он, суетливо укладывая Санни обратно на постель. Предполагалось, что он не проснется так быстро и Асклепий успеет привести тело бармена в порядок. Из – за яда, даже не было возможности подправить тому память.  

- Твое лечение еще не законченно, как ты себя чувствуешь? Что нибудь ты помнишь? – вроде дежурные вопросы, можно было уповать на шок и что Санни не вспомнит, что было вчера. А про несчастный случай всегда можно было наврать, как и то, что его Асклепию доставили, потому что его дом был ближе всего. Но то, что от Асклепия исходил свет, с помощью которого он в мгновение ока вылечил раны и вообще все, что происходило, было объяснить уже в разы сложнее. 

Генри соврал бы, что по своему чувствовал удовлетворение, что Солнце именно с ним и что его спас именно он, а не вездесущий отец. Но в тоже время он старался отбросить эти мысли хотя бы, потому что, они были по детский ужасными, от чего он невольно отводил взгляд смотрел куда угодно только не в лицо собеседника. 

- Ты просто ужасен, Асклепий. Он мог умереть - мысленно отдергивает он себя.

- Ты голоден? – говорит уже вслух. 

Эдвард "Эдди" Миллер

39 лет// Преподаватель физики

• Настоящая фамилия Джонс, его усыновили когда ему было 16. Есть старший брат Джеймс (тоже приемный ребенок) и младший брат Андреас.
• Выглядит мрачным и серьезным, но на самом деле довольно мягкий и понимающий. Очень хорошо ладит с детьми, особенно с трудными подростками. Имеет опыт воспитания детей, так как заботился о своей племяннице когда старший брат развелся со своей женой.
• После школы ушел служить был радистом, через несколько лет службы был ранен в плечо от чего вернулся на гражданку где закончил педагогический по направлению: физика и информационные технологии.
• Имеет плохое зрение, носит линзы. Очки носит только когда находится дома.
• Любимый фрукт - персики, любимый напиток - баблти на молоке.
• Пришел в эту школу пол года назад, все эти пол года избегает Джека Ратри. Большинство считает что он его недолюбливает, на самом деле он в него влюблен, но из за ряда слухов о учителе литературы, предпочитает скрывать эти чувства.
• На теле куча маленьких татуировок, которые он набил еще по молодости в армии. Но из-за того что он почти не носит открытой одежды этого не видно.
• Директор школы лучший друг его старшего брата
• 

Голова гудела то ли от давления, то ли от шума который плодили дети, пока они добирались до этой зоны отдыха. Но точно перед глазами стояло уж слишком довольное лицо директора школы, который сообщил, что миссис Кетч с которой Миллер должен был сопровождать детей в этой недельной поездке, неожиданно заболела, и вместо нее любезно вызвался мистер Ратри. А дальнейшие доводы, что Эдди справится и один были жестко отвергнуты. 

- Я не знаю, чем тебе так не угодил Джек, но изволь неприязнь оставить при себе. Вам еще одну комнату делить – фыркает директор в трубку, когда Эдди в очередной раз звонит ему, чтобы возмутится несправедливостью, в итоге перекинувшись еще парочкой недовольных фраз, он чертыхается и отключает телефон. Дверь скрипит, заставляя мужчину отвлечься от разбора вещей. До ужина еще было не много свободного времени, поэтому все разбрелись по комнатам, что бы переодеться и отдохнуть. Он поднимает взгляд на своего «соседа» и возможно задерживает взгляд не много дольше чем положено. Но тут же отводит, как только чувствует, что «объект» что – то заметил. Если бы это было неприязнь, все было бы на много легче, он еще со школы привык к этому чувству.

Тут же все было иначе, и Эдди совершенно не знал, как он вытерпит эти 6 ночей. Сердце замирает, и электронные часы пищат с пометкой о том, что в организме не хватает кислорода. Но это было не долго, потому что Миллер довольно быстро снял их и убрал в ящик комода у кровати. Почему то перед глазами мелькнуло лицо Ратри – младшего, тот был пугающе проницательным мальчишкой, и Эдди иногда казалось, что тот знал куда больше, чем могло показаться. 

Умывшись, он вытаскивает линзы и меняет их на очки, а одежду он меняет на футболку и домашние брюки. Возможно, впервые за время знакомства с Джеком тот может заметить несколько татуировок выглядывающих из под коротких рукавов. И в целом лицезреть более одомашненную версию своего весьма неприветливого коллеги. 

Эдди чувствует себя неловко, так и хочется сбежать. Но, увы, бежать по факту было некуда, поэтому он усаживается на кровать, прихватив с собой какую – то книгу. Хотя и это не помогает, потому что смысл слов никак не хочет складываться в нечто целостное. То ли от того что в голове то и дело мелькают всевозможные мысли, или от того что кажется запахом Джека уже пропиталась вся комната, или все же всему причиной было то что не вовремя разболелось раненное плечо и Эдди то и дело морщился и массировал его, довольно громко фыркая. 

джек ратри // учитель литературы

41 год, разведенный отец-холостяк

// тихоня-заучка, выросший и поборовший многие свои комплексы. но сохранивший непробиваемо спокойный и собранный характер. перепадами настроения если и страдает, то крайне незаметно и безболезненно для всех.

// развелись с женой 3 года назад по обоюдному согласию, решив что им обоим в этом браке стало крайне скучно и безынтересно жить. остались близкими друзьями, коими всегда и были. жена после развода начала путешествовать по стране, но их сын такому ритму был не рад, потому было решено перебраться к джеку.

// мужчина с активной гражданской позицией и на спорте - пробежки по утрам, качалка, играет с друзьями по качалке в баскетбол и бейсбол. бары посещает, но не так часто. пьёт чаще дома на заднем дворе, пока жарит барбекю

// чтение и любовь к нему, как привычка всей жизни. всегда читает перед сном, причем все что угодно - от философских эссэ до современного янг эдалта и манги. с сыном смотрит аниме периодически (классику знает хорошо)

// еще в 20 лет понял, что абсолютно бисексуален и его это полностью устроило. в молодости до брака встречался с парой парней. не привык чтобы от него шарахались, потому крайне интересуется причинами избегания эварда (и понимает, что тот довольно привлекательный).

________________________________________________

кит ратри // сына джека

15 лет, проницательная заноза

// не самый популярный мальчик в школе, не спортсмен, слегка гик, у которого своя компашка. не вундеркинд, но особых проблем с учебой нет (кроме собственной лени при выполнении домашней работы, потому что часто списывает за школой или в столовой)

// если бы не крашенные волосы - был бы мини-копией отца. что по манерам речи, что по поведению (дзен-спокойствие и успокаивающий позитив в голосе 24/7). но на семейные узы в школе мало кто обращает внимание, привыкли за последние несколько лет

// из тех людей, кто не боится трудностей и считает, что умнее всех. потому быстро раскусил эдди и его побеги от отца. точнее как, понял, понаблюдал, пошел и спросил напрямую, заставляя учителя перенести пару сердечных приступов за минуту. специально заваливает физику, чтобы помучить преподавателя и напроситься на дополнительные занятия

// слегка гик, анимешник. с родителями неплохие отношения, хоть не все им рассказывает. благодарен, что никогда не видел их ссор и скандалов и что развод прошел настолько гладко, без утайки. сам принял решение переехать к отцу

// не разделяет любовь отца к спорту, но к чтению отчасти да. хочет научиться водить, подрабатывает в магазине комиксов.